Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

сила
  • galila

Порядок

Дорогие участницы и участники сообщества!

О деятельности Веджены
Веджена – это женский круг. Мы различаем Внутренний круг и Внешний. Внутренний – это участницы, прошедшие Узелки судьбы. Внешний – участницы, приходящие к нам на праздники, ремесленные мастер-классы и другие встречи, читательницы ЖЖ-сообществ.

Подробно о наших программах http://vedjena.ru/programma/

Многим нашим программам предшествует подготовка, мы осваиваем навыки очищения сознания: вебкурс Узелки судьбы http://webinar.vedjena.ru/webinars/miroustrojstvo/uzelki-sudby/

Так же мы проводим встречи для всех желающих по Колесу Года:
http://vedjena.ru/programma/prazdniki/
Ремесленные мастерские: http://vedjena.ru/programma/remeslennye-masterskie/


Об обязательствах
Вести переговоры от имени Веджены и брать на себя обязательства, по которым Веджена несёт ответственность могут:
Арида aridaveda
и Майя maya_andronova
Полномочия всех других лиц, представляющих Веджену, следует подтверждать у одной из нас.

Контакты администраторов программ Веджены
В Москве, Майя:
krug@ vedjena.ru, телефон: +7926 530 19 00
Гала, вебинары: web-krug@vedjena.ru
в Санкт-Петербурге, Анна:  spb-krug@vedjena.ru
простой
  • 07122

Первый возрастной переход для мальчиков (впечатления)

16 июля решили посетить мероприятие под названием - Первый возрастной переход для мальчиков - Посажение на коня.
На сайте и в ЖЖ организатор рассказывал, что для проведения мероприятия, они нашли отличное красивое место, усадьбу Середниково. http://www.serednikovo.ru/
Мы посмотрели на сайте. Красиво. Правда потом выяснилось, что мероприятие будет не в усадьбе, а на конюшне, которая принадлежит организации, владеющей усадьбой. Но согласитесь, усадьба в стиле ампир в окружении соснового бора и конюшня, лысая и совершенно незащищенная от солнца, совершено ни одно и тоже, а заметьте на улице 33 по Цельсию плюс. Мероприятие запланировано было на 15.00, но организатор просил всех прибыть к 14.30.
Мы как нормальные порядочные люди прибыли даже заранее, чтобы в назначенное время быть уже на месте (кстати, местом была обозначена вся конюшня или вернее так, где-то на конюшне). Организатор прибыл только к 15.00. Ведущий, без которого не начинали мероприятие, приехала к 16.00. Жара, дети трех-четырехлетнего возраста, конюшня…
Я смотрел на переодетых в сарафаны тетушек и думал, – славно мы детишек к своим корням приучаем, начинаем как раз с главного, с раздолбайства и пофигизма. И так неприятно стало на душе, что уже никакие вышивки на дамских рубахах, ни цветные ленточки, ни конь не смогли этот неприятный осадок убрать, ибо понимаешь, что все это простое украшательство и оно ни чуть не лучше ни поповских золотых нарядов, ни карнавальных костюмов, так как по сути и то и то все одно и тоже…карнавал для нас, для дураков.
Кстати организаторам на заметку, детям в трех-четырехлетнем возрасте в три часа лучше совершать переход из яви в сон, так как этого требует их юный организм, а не в обрядовые переходы. Совершено непонятно почему этого нельзя было сделать, скажем, часов в 12, когда дети еще не сонные и не разморенные жарой?
Пирог – если он часть обряда, то почему его делали непонятно кто, где и из чего? Да и почему он такой дорогой? Откуда такая ресторановская себестоимость непонятного пирога?
Речевка – там во втором круге нелогичное обращение к ребенку, мы хотим сделать его храбрым воином, а в тексте сюсюкаем сынОК, причем во всех других кругах говорим ему СЫН.
Так что, на мой взгляд, это было не лучшее шоу из тех, которые я видел.
54
  • lad_ia

День пятый. Соловки.

Ночёвка была беспокойной из-за веселья по соседству и на берегу, но всё же мы встаём в шесть утра, как собирались, и отправляемся в баню. До неё – полчаса ходу всё по той же дороге, которая, похоже, в посёлке единственная. Дом – за школой, которую и который мы вчера еле отыскали. И правильно сделали, потому что если вчера около полуночи окрестности кишели молодёжью, которая показала нам путь, то в шесть утра нам попадаются только собаки. Одна из них молча сидит на крыльце нужного нам дома и не думает подавать голос. Пришлось стучать в окно.

На стук выходит «тётя Лена» – молодая женщина лет двадцати. Провожает нас в баньку – домашнюю помывочную, где и мыться и париться – в одном помещении. Жар там сохранился со вчерашнего вечера и мы, вручив хозяйке по 150 рэ с носа и смирившись с тем, что париться не получится, устраиваем мытьё травяными мочалками, ладим друг другу ноги и плечи и не замечаем, как пролетают полтора часа. А к девяти уже договорились собраться у центра гостеприимства, чтобы оттуда плыть на Заяцкий остров.

Но с экскурсией нам облом – суббота, из Архангельска принимают полторы тысячи туристов, мест больше нет. На нашей «Моряне» нас туда не пустят, остаётся либо ждать до трёх часов завтра, когда место может быть будет. Либо не ехать вообще. Мы выбираем не ехать – очень уж велико ощущение, что не надо нам на Заяцкий. Что после полуторатысячной толпы лабиринт превращается в станцию метро, где ловить просто нечего. И взамен покупаем трёхчасовую экскурсию по соловецкой крепости.

К одиннадцати, к началу экскурсии, начинается нашествие туристов на Соловки. Пришёл большой теплоход, и поток людей идёт от пристани к центру гостеприимства, волоча за собой чемоданы на колёсиках. Нам по пути, и мы вместе с ними доходим от пристани до центра гостеприимства и ждём своего экскурсовода. На крыльцо выходит неприятная женщина и, покуривая, по-базарному прикрикивает на людей. Как-то нам в этой толпе неуютно. Привыкли уже к покою и одиночеству!

Не поехав на Заяцкий остров, мы сэкономили 5000. Экскурсия по монастырю тоже не из дешёвых – 2400 на восьмерых. Цены – на уровне московского кремля. Плюс за швартовку и стоянку с нас взяли полторы тысячи. Такое ощущение, что с нас внаглую стригут бабки!

Наш экскурсовод, молодой человек по имени Евгений, внешностью и задором очень похож на Андрея Малахова. Он раздаёт нашей группе в 20 человек оранжевые метки-липучки, чтобы мы не спутались с другими группами, и тут же у карты острова читает вводную лекцию о монахах Савватее, Германе и Зосиме, старцах-основателях Соловецкого скита. Евгений – студент педвуза, поэтому экскурсию ведёт, как урок по истории, что лично меня раздражает:

– Центральный собор был построен в таком-то году. Какой тогда был царь?

Никогда не держались в голове ни цари, ни даты!

– Николай Первый! – радостно вспоминает мужчина из нашей группы.

– Правильно! – поощряет Евгений.

– Садись, пять! Давай дневник! – добавляет Маша.

Нет, что и говорить, неглупые люди строили монастырь. Всё было придумано и продумано – отопление, подклети для припасов, готовка еды, сушка зерна, работа мельницы и прачечной. Но сколько же в эти стены вложено труда! Как, каким способом поднимали они эти громадные валуны на двадцатиметровую высоту крепостных стен и сорокаметровую высоту башен? Сколько времени лепили вручную эти громадные кирпичи, из которых складывали четырёхметровую толщину стен подклетей, трапезной, соборов, своды внутренней галереи, которыми заполняли зазоры между валунами и выкладывали перекрытия верхних ярусов башен, чтобы уберечь от пожара ярусы нижние? Что привело сюда тех, кто это делал? Что заставило их отречься от жизни радостной и принять жизнь стоическую, полную тяжёлого труда? Вера в Господа? Почему же тогда она настолько пропитана страданием, что стены им буквально дышат?

Лозунг времён УСЛОН из местного музея: «Железной рукой приведём человечество к счастию». Когда-то и  Русь крестили «железной рукой»…

Пересекаемся с группой немцев и Евгений рассказывает несколько забавных историй с иностранцами: как-то японские мужчины вслед за женщинами обрядились в юбки из корзинок у входа, посчитав, что они ничем не хуже женщин. В другой раз юбку натянул немец в шортах и с волосатыми ногами, которому сказали, что голоногим сюда нельзя. Иностранцев здесь полно, и для них билеты не по 300 рэ – по 100 евро.

К третьему часу хождения по крепости сил нет абсолютно. Всё собранное накануне делось куда-то, утекло в каменные стены. Хорошо хоть сувениров накупили в самом начале, решив не ходить по краеведческому музею. (Сладкий пряник в виде крепостной башни и подкова на счастье с Соловков – это нечто!) Мы все голодные, а сил вернуться обратно на яхту просто нет. Выясняю у Евгения, где тут можно поесть, чтобы прилично и не втридорога. Кафе «Кают-компания», знаю, мы мимо утром шли из бани. Тут недалеко, напротив магазина райпо.

Кафе – не кафе, скорее, столовка. В меню – соловецкая селёдочка, за которой и пришли. За один стол не умещаемся, рассаживаемся за два. Заказываем официантке то и это, радуясь, что в меню предусмотрены и постная еда. Но с селёдкой – пролёт, закончилась. И тогда, вслед за Надюшкой, заказываю себе на заедку солёный огурец.

Сморю на девчонок за соседним столом и чувствую, что они как-то не очень мне нравятся. Чувствую, что мы как бы разделены на «мы» – это Маша, я и Наталья за нашим столом – и «они» – все остальные за соседним. Официантка приносит наши салатики, мы понимаем, что забыли про хлеб и просим у девчонок пару кусочков. И Вита, которая готова накормить всех собак на острове,  а знакомому Рыжику купила даже кусок молочной колбасы, вдруг жадничает, словно от сердца отрывает эти куски хлеба и говорит сварливым голосом, что надо было самим заказывать…

– Маш, что происходит, а? – изумляюсь я. «Столораздел» между нами почти осязаем.

– Не знаю. Переклинило их, что ли…

Мы заказываем хлеба с запасом, возвращаем «долг», едим не слишком вкусную еду. Потом приносят общий чек, а счёт не дают («У нас компьютер сломался!»), и девчонки долго пересчитывают на салфетке, кто чего и на сколько наел. У нас не сходится рублей на двести. Но мы не знаем, почём тут солёные огурцы.

В столовой душно до головокружения. Да и пусть бы их, эти двести рублей, на восьмерых раскидать – мелочи! Но девчонки с «того» стола идут разбираться, а «наш» стол выбирается на воздух и идёт на яхту.

На яхте наваждение ушло. Мы ушли с территории острова, и он будто бы ослабил свою хватку. Захотелось скорее убраться отсюда. Опухший после вчерашнего Василий, виноватый и подрастерявший свою капитанскую царственность, сокрушается, как же это его вчера угораздило.

– Я к вечеру отойду! – обещает он, потирая левую сторону груди.

– Куда? – интересуюсь я. – В мир иной? Нет уж, оставайся с нами!

Тем временем возвращаются девчонки, и морок, который лёг на них в этой столовке, испаряется. Они хохочут – два огурца, как им объяснили в кафешке, как раз и стоят эту разницу в двести рублей. Выходит, «архангельские» мужики нам вчера сделали царский подарок! Выдали огурцов тыщи так на полторы!

Уже потом, вспоминая и анализируя, что же с нами произошло на Соловках, и почему остров, вчера ласковый и милый, сегодня вдруг так вызверился, мы поняли, когда это началось. С того момента, когда открылся центр гостеприимства. С того момента, когда стали торговать страданиями острова. Торговать цинично и неприкрыто, стремясь не поделиться, не обменяться, а – урвать. И мы, согласившись на эти правила игры, словно подпустили к себе тёмных тварей, сущностей, перекрывших нам солнце. Наверное, это был тот самый «наезд», о котором ещё в поезде предупреждала Арида.